Золотой теленок

Ильфу и Петрову не приходилось долго ломать голову над сюжетами своих знаменитых романов: журналистско-фельетонный опыт преподносил их на блюдечке. Остап Бендер оживает для очередной великой комбинации. Плутовской роман, оплодотворенный советской криминальной хроникой, дает новые всходы и на коммунально-бытовой почве, и в пародируемом культурном слое, впору приходятся и идеологические удобрения. В безошибочно выбранном формате авторам можно все. С героев «Золотого теленка» взятки гладки, а с создателей романа — тем более. Трудно вспомнить хоть одного советского литератора, удостоившегося похвалы взыскательного Владимира Набокова. Однако Ильф и Петров с их Великим Комбинатором — именно тот исключительный случай, когда и Набоков пойман на добром слове: «Были писатели, понявшие, что некоторые их сюжеты и герои политически допустимы и никто не станет учить их, к чему должна сводиться книга. Два изумительно одаренных писателя — Ильф и Петров — решили главным своим героем сделать проходимца и авантюриста, так что любые описания его похождений становились политически безупречными, ведь ни отпетого негодяя, ни безумца, ни преступника, вообще никого вне советского общества нельзя упрекать в том, что он плохой или недостойный коммунист».