Апокалипсис от Кобы

»Для меня эта книга — что-то вроде помешательства. Оторваться от нее я не мог. обычно я пишу книгу год. А сейчас я и не заметил, как буквально пролетели 10 лет, а я все писал, переделывал, переписывал этот роман. Я все время пытался «поймать» этого человека... Великий диктатор всегда великий актер... Мне казалось, что я смогу восстановить даже то, что он пытался скрыть, ибо я его знаю. Для меня он всегда был «свой»... (Э. Радзинский).